Видео

Рекомендуемые

Популярные метки

Готовимся к нефтяному, продовольственному и финансовому краху 2018 года

80% мировых запасов нефти достигли пика добычи, и обусловленный этим нефтяной кризис сплющит экономику

Согласно новым научным исследованиям, мир стоит на пороге неминуемого нефтяного кризиса, который повлечёт за собой новый финансовый кризис.

В докладе HSBC показано, что вопреки расхожему мнению в индустрии, даже в условиях перенасыщения запасами нетрадиционной нефти и газа, мировая добыча нефти уже достигла пика и в настоящее время переживает упадок; в то время как европейские правительственные учёные демонстрируют, что стоимость энергии, получаемой из нефти, сократилась вдвое в течение лишь первых 15 лет XXI века.

Всё? Добро пожаловать в новую эру перманентного экономического спада, обусловленного продолжающейся зависимостью от грязной, дорогостоящей, трудноизвлекаемой нефти... если только мы не изберём принципиально иной путь.

* * *

В сентябре прошлого года, ряд СМИ сообщили о парадоксальных результатах нового исследовательского доклада HSBC, посвящённого мировому предложению нефти. К сожалению, истинные последствия доклада HSBC остались в значительной степени непонятыми.

В аналитической заметке HSBC, написанной для клиентов глобального банка, заявляется, что, вопреки озабоченности по поводу избыточного предложения нефти и недостаточного спроса, дело обстоит ровно наоборот: мирового предложения нефти в ближайшие годы не хватит для удовлетворения растущего спроса.

Однако, в действительности, никто не разъяснил полный, сенсационный смысл доклада, касающийся неизменного вхождения мира в новую эру глобального падения нефти. Доклад не просто опровергает тезис, что наиболее острой проблемой является «пик спроса». Он подтверждает то, что жёстко критикуется крупными нефтяными компаниями, как миф: пик нефти – это одновременный пик и спад мировой добычи нефти.

 

Доклад HSBC, который вам нужно прочитать прямо сейчас

В распоряжении журнала INSURGE intelligence оказалась копия доклада от декабря 2016 года, и здесь мы впервые эксклюзивно публикуем весь доклад в общественных интересах.

(Читать и/или скачать полный доклад HSBC по ссылке (англ.))

 

Банк HSBC, штаб-квартира которого находится в Лондоне, Великобритания, является шестым по величине банком в мире, с активами на 2,67 триллионов $. Поэтому, когда он издаёт исследовательский доклад для своих клиентов, разумно обратить на него внимание, и посмотреть, что мы можем из него узнать.

Вот один из наиболее шокирующих выводов доклада: «81% от общего производства жидких углеводородов в мире уже претерпевает спад».

В период с 2016 по 2020 год, добыча стран-экспортёров нефти, не входящих в ОПЕК, будет неприбыльной из-за спада добычи традиционной нефти, несмотря на намерение ОПЕК продолжать увеличение добычи скромными темпами. Это означает, что к 2017 году, поставляемые резервные запасы могут составлять всего лишь 1% от мирового спроса на нефть.

Это повышает риск масштабного кризиса мирового предложения нефти примерно в 2018 году, который может «значительно повлиять на цены на нефть».

В докладе категорически утверждается, что пик спроса (идея о том, что спрос перестанет расти, оставив мир купаться в избыточных объёмах предлагаемой нефти), хотя и является, безусловно, актуальной проблемой на фоне соглашений в области изменения климата и деструктивных тенденций в сфере альтернативных технологий, однако не представляет собой наибольшую опасность:

«Даже при условии более медленного роста спроса на нефть, мы считаем, что самая большая долгосрочная проблема в том, чтобы компенсировать снижение добычи на выработанных месторождениях. Масштаб этого вопроса таков, что, с нашей точки зрения, скорее возникнет временный дефицит мирового предложения до того, как мы реалистично оценим достижение пика мирового спроса».

В условиях текущего избыточного предложения нефти, обусловленного ростом добычи нетрадиционных запасов, падение цен на нефть навредило прибыльности отрасли и привело к резкому урезанию новых инвестиций в производство. По заявлению HSBC, это усилит вероятность глобального кризиса предложения нефти с 2018 года и далее.

 

Нет ли у кого-нибудь четырёх Саудовских Аравий?

В докладе HSBC исследуется два основных массива данных: от Международного энергетического агентства и Программы глобальных энергосистем Уппсальского Университета в Швеции.

Следует отметить, что Уппсальский университет на протяжении многих лет последовательно выступает за глобальный сценарий пика добычи нефти – в отчёте HSBC подтверждается правильность этого сценария, подкрепляемого данными от МЭА.

В докладе говорится, что темпы и способы освоения новых нефтяных месторождений резко снизились за последние несколько десятилетий, достигнув почти незначительного уровня в мировом масштабе. Добавьте к этому следующее предупреждение доклада: только для сохранения прежних темпов добычи на фоне ускоряющегося падения, к 2040 году миру потребуется в четыре раза больший объём нефти, чем дают месторождения Саудовской Аравии. Добыча в Северной Америке, хотя она по-прежнему является наиболее многообещающей, просто не будет в состоянии восполнить этот пробел.

Business Insider, the Telegraph и другие СМИ, которые освещали этот отчёт в прошлом году, признали дефицит предложения, но не дали ему должного объяснения – сокрушительные выводы банка HSBC заключаются в прогнозировании длительной нехватки дешёвой нефти с 2018 до 2040 года из-за глобального пика добычи нефти.

В докладе пересматривается подход к пониманию концепции пика добычи нефти – вместо прогнозирования его как единичного глобального события, доклад опирается на детальные данные по конкретным регионам и производителям. Если верить этому анализу, 81% мировых запасов нефти достигли своего пика добычи и в настоящее время являются послепиковыми.

С применением более строгого определения, своего пика достигли 64% мировых запасов нефти. Но так или иначе, значительно более половины мировых запасов нефти составляют выработанные и оскудевающие месторождения, добыча на которых неотвратимо и необратимо падает:

«Если, как мы предполагаем, ежегодный темп падения добычи из мировых послепиковых запасов будет составлять 5% в год при уровне 74 мбд (миллионов баррелей в день) – который, на наш взгляд, ни в коей мере не является агрессивным – это будет означать падение послепиковых запасов до 38 мбд к 2030 г. и 52 мбд к 2040 г. Другими словами, миру потребуется в четыре раза больший объём нефти, чем дают месторождения Саудовской Аравии, только для сохранения прежних темпов добычи, прежде чем брать во внимание фактор роста спроса».

Ещё хуже то, что если всё же принимать фактор роста спроса во внимание – и в докладе отмечается, что, согласно даже самым консервативным оценкам, мировой спрос на нефть к 2040 г. превысит на 8 мбд значение 2015 г. – то будет необходимо ещё больше нефти для покрытия грядущего дефицита предложения.

Однако, с учётом того, что открытие новых месторождений – традиционно редкое явление, и с каждым разом месторождений становится всё меньше, то это означает, что в реальности нефть никогда не сможет восполнить этот разрыв.

 

Технологические инновации усугубляют проблему

Технологические средства улучшения скорости и эффективности бурения, о которых сейчас многие трубят, не исправят положение дел, потому что они будут ускорять производство лишь в краткосрочной перспективе и, следовательно, быстрее истощать имеющиеся резервы. Вывод доклада в этом отношении звучит так:

«... Методы по замедлению спада лишь маскируют факторы, которые могут вызвать значительно более высокие темпы спада в будущем».

Это не означает, что пик спроса следует сбрасывать со счетов как несерьёзную проблему. В интервью для моей предыдущей статьи в VICE, Майкл Бредшоу, профессор глобальной энергетики в школе менеджмента Sloan при Уорикском университете, заявил, что любой возврат к высоким ценам на нефть будет иметь серьёзные экономические последствия.

Доклад HSBC придерживается позиции, что цены, в конце концов, должны будут расти, потому что падение инвестиций из-за снижения рентабельности в условиях текущего перенасыщения неизбежно повлечёт за собой сокращение запасов. Усовершенствованное и более эффективное бурение создаёт перенасыщение уже сейчас – при этом оно также ускоряет истощение, а это означает, что сегодняшнее перенасыщение вкупе с низкими ценами на нефть является предшественником к завтрашнему повышению цен и сокращению запасов.

Есть и другой сценарий – цены не будут расти, как прогнозирует HSBC. При таком сценарии, экономика будет оставаться слишком слабой, чтобы позволить себе повышение цен на нефть. Спрос на нефть будет сохраняться низким, так как экономическая активность будет вялой, в то время как потребители и инвесторы будут продолжать поиски альтернативных ископаемому топливу источников энергии. В этом случае, инерция ослабевающей экономики сама по себе будет предвосхищать сценарий HSBC, и индустрия будет продолжать медленно выдавливать себя из рынка из-за снижения рентабельности.

Скачки цен, экономический спад

Но что, если прогноз HSBC в части предложения нефти является верным?

Во-первых, резкие скачки цены на нефть будут сразу отражаться на мировой экономике – вызывать её рецессию за счёт усиления инфляции и повышения затрат на общественную деятельность во всех уровнях вследствие повышения базовых энергетических расходов.

Во-вторых, даже если эти резкие скачки смогут временно вернуть некоторые нефтяные компании к потенциальной доходности, высокие цены на нефть будут побуждать потребителей к переходу на более дешёвые технологии с использованием возобновляемых источников энергии, таких как солнечная и ветряная энергия, которые уже могут экономически конкурировать с ископаемым топливом.

Это означает, что истощение мировых запасов может, в конечном итоге, оказать существенное влияние на продолжающийся спрос на нефть, по мере того, как кризис «пика нефти» и кризис «пика спроса на нефть» будут усиливаться и взаимодействовать непредсказуемыми путями.

Закат эры ископаемого топлива

Прогнозы мирового спроса и предложения, сделанные специально для доклада банка HSBC, независимо от того, окажутся они точными или нет, являются частью более широкого феномена – глобальное снижение полезной энергии.

Научно-исследовательская работа группы европейских правительственных учёных, опубликованная на сайте Arxiv Корнельского университета в октябре 2016 года, предупреждает, что мировая экономика вступила в новую эру медленного снижения темпов экономического роста. Это происходит потому, что стоимость энергии, которая может быть получена из мировой ресурсной базы ископаемого топлива, неумолимо снижается.

Работа (которая на момент написания этой статьи рецензируется академическим журналом), подготовлена учёными Франческо Менегуццо, Розария Чириминна, Лоренцо Альбанезе и Марио Пальяро, которые провели коллективное исследование в таких сферах, как изменение климата, энергетика, физика и материаловедение в итальянском Национальном научно-исследовательском центре (CNR) – главном правительственном учреждении Италии для проведения научных исследований.

Согласно HSBC, цены на нефть, вероятно, будут расти и в течение некоторого времени закрепятся на отметке около 75 $ за баррель за счёт более длительного спада добычи относительно устойчивого спроса. Но, по мнению итальянских учёных, эта отметка всё ещё слишком высока, чтобы можно было избежать дестабилизирующего рецессионного воздействия на экономику.

Итальянское исследование предлагает новую модель, сочетающую «конкурирующие между собой динамику роста населения/экономического роста и динамику предложения нефти/цены на нефть», чтобы оценить краткосрочные последствия для глобального экономического роста.

Данные за последние 40 лет показывают, что в периоды экономического спада, цена на нефть превышала 60 $ за баррель, а в период экономического роста оставалась ниже 40 $ за баррель. Это означает, что цены выше 60 $ будут неизбежно вызывать рецессию.

Таким образом, учёные приходят к выводу, что для предотвращения рецессии «цена на нефть не должна превышать некое пороговое значение в диапазоне 40 – 50 $ за баррель, или, возможно, даже ниже».

В более широком смысле, учёные указывают на прямую связь между ростом численности мирового населения, экономическим ростом и общим потреблением энергии. Последнее своим постоянным увеличением в буквальном смысле способствовало росту мирового благосостояния.

Но всё же, в работе делается следующий вывод о том, что сейчас переживает мир:

«... снижение среднего значения EROI (энергоотдача от энергозатрат) для всех видов ископаемого топлива; при этом EROI нефти, по всей вероятности, сократилось вдвое за короткий период первых 15 лет XXI века».

Значение EROI отражает общую стоимость энергии, которую может генерировать ресурс, рассчитанную путём определения соотношения между количеством энергии, извлекаемой из ресурса, и количеством энергии, используемой для осуществления такого извлечения.

Это означает, что в целом, несмотря на общее увеличение добычи жидких углеводородов, снижение стоимости генерируемой ими энергии параллельно увеличивает общие затраты на добычу.

Этот фактор действует, словно укрепляющийся геофизический тормоз роста мировой экономики. А это значит, что чем больше экономика остаётся зависимой от ископаемого топлива, тем больше она подвержена рецессионному влиянию глобального снижения чистой энергии:

«Вероятность того, что будущий экономический рост будет соответствовать текущей динамике роста человеческого населения, неразрывно связана с широкой и растущей доступностью высококонцентрированных источников энергии, имеющих широкую применимость для потребителей конечной энергии».

Проблема в том, что с 1980 года доля нефти в мировом энергетическом балансе снижается. Чтобы компенсировать это снижение и поддерживать экономический рост, мы стали всё больше полагаться на изощрённые долговые финансовые инструменты: по сути, мир заимствует из будущего, чтобы сохранить наш текущий уровень потребления.

В одном из интервью, ведущий исследователь, доктор Франческо Менегуццо дал следующее объяснение:

«Традиционные запасы мировой нефти достигли пика добычи примерно в 2005 году. Всё последующее увеличение предложения было основано на эксплуатации нетрадиционных запасов нефти и, начиная с 2009 года, в основном сланцевой (трудноизвлекаемой) нефти США, пик добычи которой, в свою очередь, был достигнут примерно в марте 2015 года.

Что видится ещё более важным – это тот факт, что мировое предложение нефти не стало поспевать за увеличением общего потребления энергии, «естественный» рост которого требует того, чтобы быть приблизительно пропорциональным увеличению численности населения, и это привело к снижению доли нефти в энергетическом балансе. В то время как правительства изо всех сил стараются подпитывать свою экономику путём постоянного увеличения энергоснабжения, другие источники энергии уверенно замещают нефть в энергетическом балансе, например, уголь в Китае. Однако ни один другой традиционный источник энергии не стал полноценной заменой нефти, следовательно, появилась потребность в долговых инструментах, чтобы компенсировать исчезающую долю нефти».

То есть, если продолжать вести бизнес в штатном режиме, экономика буквально никогда не сможет восстановиться – если только она не перейдёт на новый, действительно жизнеспособный источник энергии, который сможет заместить нефть.

«Для того чтобы предотвратить падение цены [на нефть], которую может позволить себе глобальная экономика, ниже себестоимости добычи, обрастание долгами (заимствованиями из будущего) становится необходимостью, но это всего лишь уловка, чтобы выиграть время в надежде на то, что произойдёт что-то позитивное», отметил Менегуццо. «Реальность такова, что долговые инструменты, используемые, по сути, вместо нефти, не работают на производство реальных благ, как видно, например, из упадка денежного выражения промышленности, добавляемого в процентном отношении к ВВП».

Куда это, в конечном итоге, заведёт?

«В последнее время долг стал сокращаться, в основном, потому, что он не в состоянии производить реальное богатство. Исходя из того, что реального (и быстрого) перехода к возобновляемым источникам энергии не будет, можно заключить, что экономический рост далее будет только ухудшаться».

Собственно, это означает, как добавляет Менегуццо, «делокализацию и базирование производств в экономиках с использованием местных, более дешёвых и грязных источников энергии (например, уголь в Китае), а также более низкие заработки, дальнейшее сокращение совокупного внутреннего спроса и усиление нисходящей дефляционной и/или долговой спирали».

Есть ли выход? Определённо не в рамках текущей тенденции: «Если только долговые инструменты не будут сразу использоваться для эксплуатации в массовом масштабе возобновляемых источников энергии, а также их «вспомогательных принадлежностей», таких, как средства хранения, делая их такими же ценными, как нефть, то наступление нарушения социальных и политических процессов, ещё до экономического краха, видится неизбежным».

Слияние кризисов

На фоне этого более широкого научного контекста, доклад HSBC о мировом предложении нефти даёт довольно ошеломляющее подтверждение того, что, по большей части, мировая добыча нефти уже вошла в послепиковый период. Это неопровержимый вывод, который следует из данных, подтверждённых индустрией.

HSBC считает, что после 2018 года это будет проявляться не просто в виде глобального кризиса предложения, но в виде мира, в котором дешёвое высококачественное ископаемое топливо будет становиться всё более труднодоступным.

Нам не стоит принимать этот прогноз как догму – послепиковый рынок нефти, существование которого в настоящее время подтверждается HSBC, может вести себя вопреки любым очевидным прогнозам.

Но если прогноз HSBC является точным, то это может означать следующее. Один из возможных сценариев таков: к 2018 году или чуть позже мир столкнётся с таким же слиянием глобальных кризисов, которое произошло десять лет назад.

В этом случае рост цен на нефть вызовет экономический спад, что расшатает глобальный долговой пузырь, который в течение нескольких лет находился на более высоких уровнях, чем до краха 2008 года, и в настоящее время составляет рекордные 152 триллиона долларов.

В 2008 году скачок цен на нефть сыграл ключевую роль в формировании предкризисных экономических условий для потребителей, в которых рост стоимости жизни способствовал запуску долгового дефолта на рынке недвижимости, быстро вышедшего из-под контроля.

В 2018 году или чуть позже, слияние экономического и энергетического кризисов резко повысит мировые цены на продовольствие и вновь сгенерирует контуры тройного кризиса, свидетелями опустошения мира при котором мы были с 2008 по 2011 год и от изнурительных последствий которого нам ещё предстоит оправиться.

2018 год, вероятно, будет кризисным и по другой причине. 1 января 2018 г. – это дата, когда должно будет вступить в силу множество новых правил, которые будут «сдерживать кредитование и стимулировать банки давать деньги в аванс только самым надёжным заёмщикам, что может ускорить рост банкротств по всему миру», сообщает Bloomberg. Другие новые правила игры будут требовать от банков прекращения использования своих собственных мер по оценке международных рисков для торговли деривативами.

По иронии, введение подобного благонамеренного регулирования в январе 2008 года (посредством документа Базель II) заложило основу для разрыва глобальной финансовой архитектуры, что сделало её уязвимой к тогдашнему краху банковской системы.

На самом деле, два года назад, в июле 2006 года, доктор Дэвид Мартин, эксперт по вопросам глобальных финансов, пророчески предсказал, что Базель II будет взаимодействовать с долговым пузырём, чтобы крах пузыря на рынке недвижимости развернулся в глобальное финансовое пожарище.

Уже через месяц после этого пророческого предупреждения, бывший высокопоставленный чиновник Пентагона, имевший широкий доступ высокого уровня к американской армии, разведке и финансовым учреждениям, поделился со мной информацией, что глобальный крах банковской системы неизбежен, и, скорее всего, произойдет в 2008 году.

Мой источник настаивал на том, что это событие должно быть связано с пиком добычи мировой традиционной нефти около двух лет назад (который, по словам бывшего главного правительственного учёного Великобритании, сэра Дэвида Кинга, действительно произошёл примерно в 2005 году, несмотря на то, что добыча нетрадиционной нефти и газа до сих пор компенсирует снижение традиционной добычи).

Сначала изложив своё предупреждение в августе 2006 года о глобальном банковском коллапсе 2008 года, я переформулировал это предупреждение в ноябре 2007 года, ссылаясь на прогноз доктора Мартина и мой собственный анализ более широких систем, на лекции в Имперском колледже в Лондоне. В этой лекции я, в частности, предсказал, что банковский кризис, вызванный пузырём на рынке недвижимости, усугубится в контексте новой эры дорогостоящих ископаемых видов топлива.

Я говорил об этом тогда, говорю и сейчас.

Через некоторое время после января 2018 года, мы начнём становиться свидетелями нового слияния кризисов в глобальной энергетической, экономической и продовольственной системах, подобно тому, что произошло в 2008 году.

В конце концов, я могу ошибаться. Крах может произойти и не в 2018 году. Он может произойти позже. Или он может быть вызван чем-то ещё, чем-то неожиданным, не охваченным обрисованной здесь моделью.

Смысл прогнозирования не в том, чтобы оказаться правым, а в том, чтобы получить представление о вероятном сценарии на основе имеющихся данных, к которому можно разумно подготовиться; и соответственно корректировать модель в свете новых данных.

Независимо от того, состоится ли крах именно в таком виде, как предполагается здесь, или нет, ясным из нового исследования является то, что экономика чрезвычайно уязвима к финансовому кризису по причинам, которые обычные экономисты не озвучивают – причины, имеющие отношение к энергетической системе, от которой зависит вся экономика.

На сегодняшний день предполагается, что мы все должны спокойно верить в то, что экономика переживает «восстановление», когда на самом деле она проходит через фундаментальный фазовый сдвиг глобальной системы, в котором неустойчивость преобладающих промышленных структур всё чаще выходит наружу.

Правда заключается в том, что циклы затяжного экономического кризиса являются симптомами более глубокого глобального системного процесса.

Среди прочего, мы можем подготовить себя к надвигающемуся краху следующим образом – признать его во всей полноте и как есть: признак сбоя глобальной системы, за которым неизбежно последует переход к пост-углеводородному, пост-капиталистическому будущему.

Будущее, в которое мы входим, попросту функционирует не так, как мы привыкли.

Старые правила индустриальной эпохи, действующие для умирающей эры энергетического и технологического сверхизобилия, должны быть переписаны для новой эры, наступающей после господства ископаемого топлива, после периода «бесконечного» роста за счёт эксплуатации природы, после исчерпания ценности долговых финансовых инструментов.

В этом году, мы можем подготовиться к всплеску слияния кризисов, сажая семена – пусть и мелкие – этого будущего в нашей собственной жизни, а также вместе с теми, кто вокруг нас: от наших семей до наших сообществ и более широких слоёв общества.

Источник: aftershock.news

  • 7 апреля 2017 г., 6:30:00 MSK
  • 0 комментариев
  • 134 просмотра
0 комментариев